ДЖЕЙН ФОНДА:
«Работа над ошибками...»


Эта дама-доктор открыла Джейн глаза.Угождать мужчинам, как она это делала всегда, быть их прислугой, рабой, всегда им льстить, совершенно забывая о себе и теряя индивидуальность, — нет, на это Джейн Фонда больше не согласна. Она останется, вернее, уже осталась одна ? Тем лучше. Как глупо она повела себя с Тернером! Ничего. Она это исправит!

а следующий день после того, как в газетах появилось сообщение о разводе актрисы Джейн Фонды, в её квартире раздался звонок, и приятный, чуть вкрадчивый голос, представившийся Тедом Тернером, спросил: «Скажите, Джейн, неужели это правда?» Джейн с удивлением подтвердила новость. Тогда Тернер спросил, нельзя ли ему сегодня вечером пригласить ее в ресторан. Фонда растерялась. С какой стати? Ведь они не знакомы, хотя в ее кругу все знали, кто такой Тед Тернер: миллионер и легендарный снователь CNN.

Тем временем Тед продолжал говорить странные вещи, например, что он, как никто, может ее понять, он только что порвал со своей любовницей, ради которой два года назад разрушил семью и бросил детей. Джейн слушала Теда с нарастающим недоумением.

«Позвоните через три месяца, мистер Тернер, надеюсь, я буду в лучшей форме», — и повесила трубку. О чем говорит этот сумасшедший? О каких свиданиях? Разве он не понимает, в каком она состоянии? Джейн прожила со своим мужем Томом Хейденом шестнадцать лет. Видит Бог, как тяжело переживает она их разрыв! Джейн боится одиночества, боится за детей. Кроме того, это уже ее второй рухнувший брак. До чего же бестактно в такой момент лезть в душу!


Отец Джейн — Генри Фонда актером стал, так сказать, благодаря соседским связям:
бабушка Джейн дружила с матерью Марлона Брандо..



До того, как случилась трагедия, семья Фонды,
по крайней мере внешне, выглядела вполне благополучно. Калифорния, 1949 г.

...Тернер позвонил ровно через три месяца, день в день. И на этот раз Фонда, сама не зная почему, согласилась поужинать с ним в ресторане. «По крайней мере, немного развлекусь», — думала она. Это было ее первое свидание за последние семнадцать лет. Джейн так волновалась, что собрала вокруг себя весь свой «клан», как она называла близких, — дочь Ванессу, сына Троя, приемную дочь Натали, брата Питера, ассистента Дебби Каролевски.

У каждого было свое мнение насчет того, как Джейн следует одеться. В конце концов, махнув рукой на советчиков, она оделась, как любила в молодости — во все черное: короткая кожаная юбка, обтягивающий свитерок и туфли на высоких каблуках. Ванесса фыркнула, и Джейн обиженно поджала губы: конечно, дочь полагает, что в пятьдесят два года так одеваться уже нельзя.

«А мне вот хочется именно так!» — решила для себя Джейн. Они поехали в маленький итальянский ресторанчик в горах Санта-Моники, где их навертка не побеспокоят репортеры.

Тернер буквально пожирал ее глазами, Фонда кожей чувствовала его взгляд. Высокий, седеющий, удивительно подвижный, Тед говорил с энтузиазмом подростка: он всегда любил Джейн как актрису, восхищался ее красотой и теперь убедился, что не ошибся. Затем добавил, что уверен: у них все будет хорошо. У Джейн брови поползли вверх от удивления — что, собственно, будет хорошо? Они же видят друг друга первый раз в жизни!

«Но разве вы ничего не знаете обо мне? — лукаво улыбнулся Тед. — Вот, к примеру, недавно я приобрел «MGM». Джейн понадобится немало времени, чтобы привыкнуть к его чувству юмора...


Фонда обиженно поджала губы: конечно, дочь полагает, что в пятьдесят два года так одеваться уже нельзя. «А мне хочется именно так!» — решила Джейн


Юная Фонда записалась на актерские курсы Ли Страсберга. Потом тот вспоминал, что на первом прослушивании Джейн не обнаружила даже зачатков актерских способностей

Когда подали десерт, Тед заявил, что для него единственная проблема — возраст Джейн, хотя они практически ровесники. Он произнес это так простодушно, что она от растерянности даже не успела обидеться. Тем более что в следующую секунду Тернер стал заверять ее, что она ему безумно нравится. Как ни одна старлетка, а сколько он их перевидал...

По словам Теда, это компенсация за несчастливое детство. Джейн навострила уши. Тед вырос на юге, в Цинциннати. Его отец, владелец маленького рекламного бизнеса, пил, менял женщин, приговаривая: «Они как автобус, пропустил одну — придет следующая», являлся домой за полночь, будил сына и изводил до утра историями о своих ночных похождениях. Когда Теду было двадцать, отец покончил с собой. Джейн поежилась.

«Насколько я знаю, ваша мать...» — осторожно вставил Тед, но Джейн резко переменила тему разговора. Наутро Тернер позвонил в восемь со словами, что его личный самолет заправлен и ждет: Тед приглашает Джейн на свое ранчо в Монтану. Честно говоря, она не была готова к такому стремительному развитию событий. Однако через полчаса автомобиль Тернера уже стоял у ворот ее дома...

В Монтане оказалось чудесно. Они катались по живописнейшим окрестностям, любуясь горами, поросшими елями. Высоко в небе парили орлы, из леса то и дело выходили лоси и олени, они даже видели медведя!

Тед отвел гостье отдельную комнату и ни разу не пытался к ней даже прикоснуться, хотя Джейн видела: эта сдержанность ему стоит многих усилий. До утра они беседовали. В основном рассказывал о себе Тернер. Она поняла: главное в нем — сверхуспешность. Через три недели — все это время он был в командировке — Тернер снова позвонил и предложил повторить чудесную поездку на ранчо. «Нет, Тед, — отрезала Джейн. — Извините, но больше мы не увидимся». Он не стал выяснять причину столь категоричного отказа, ответив: раз так, попытает счастья ровно через месяц.

На самом деле Джейн он очень понравился. Почему же она отказалась от встречи? Причина имелась, хотя Фонда никому не говорила об этом. После развода с Томом она решила, что ей необходимо разобраться в себе. Что-то с ней не ладно... У Джейн были серьезные основания так думать, хотя она тоже могла назвать себя сверхуспешиой. Как-никак актерская карьера сложилась: мировая известность, два «Оскара» — за «Клют» и «Возвращение домой». Но вот с личной жизнью... Хотя внешне все выглядело неплохо.


Мучила девочку не страшная смерть матери — Джейн казалось, что стыдно
быть дочерью сумасшедшей самоубийцы, к тому же такой уродины



Джейн Фонда с Энтони Перкинсом в своем
первом фильме «Невероятная история»

После поездки в Монтану Фонда по совету подруги Фей Данауэй отправилась к психоаналитику, и та рекомендовала в первые два месяца, пока Джейн ходит на сеансы, прервать отношения с Тернером. Доктор Котланд, крупная черноволосая женщина с мясистым лицом, заставляла Джейн возвращаться мыслями в детство, вспоминать те страшные моменты, которые всю жизнь хотела забыть... Джейн сопротивлялась: она так глубоко похоронила их на дне своей души...

...Но ведь в ее детстве было и счастье. Чистое небо в горах Санта-Моники, просторный деревянный дом на берегу Тихого океана... На старых фотографиях Джейн видела себя сияющей пухленькой малышкой в платьицах с оборочками и передничках на руках у отца. Как красив отец! Недаром такая неотразимая женщина, как Маргарет Саллаван, стала первой женой Генри Фонды. По иронии судьбы, разойдясь с Генри, Маргарет с новым мужем — Леландом — продолжала жить по соседству.

Джейн дружила с их дочками и обожала Маргарет, которая, несмотря на наличие троих детей, выглядела абсолютным сорванцом -подростком; например, могла запросто, гуляя с детьми по саду, сделать «колесо» и пройтись на руках. Маленькая Джейн видела, что отец в присутствии Маргарет преображался, становился разговорчивым, оживленным, — исчезали его обычные угрюмость и замкнутость.

Видимо, мать Джейн тоже это видела, потому что никогда не приглашала соседей на обед и не любила отпускать к ним отца, несмотря на то что Леланд был агентом Генри и от него во многом зависела его актерская карьера. Кстати, Генри Фонда актером стал тоже, так сказать, благодаря соседским связям: бабушка Джейн дружила с матерью Марлона Брандо...

На ранних фотографиях, которые Джейн показала доктору Котланд, в основном присутствовали отец, она и младший брат Питер. Если мать и появлялась на снимках, то маячила где-то на заднем плане — почти всегда с грустным неулыбчивым лицом.


Отныне Джейн решила ни в коем случае не позволять собой манипулировать.
И что из этого вышло? Сама не заметив она превратила парня в раба



У Джейн был целый букет комплексов по поводу собственной внешности хотя ей со всех сторон говорили, что для этого нет никаких оснований

Было нетрудно догадаться, что родители несчастливы вместе. После того как отец вернулся с войны и уж тем более после того, как начал активно сниматься, у него появились другие женщины, о чем мать знала и тайно страдала.

Из Калифорнии семья Фонды переехала в Коннектикут, поскольку отец был занят в спектаклях в Нью-Йорке. Вот тогда-то мать Джейн и стала пропадать из дома на долгие месяцы; бабушка говорила, что она лечилась. Одно из самых страшных воспоминаний Джейн: она лежит с матерью в кровати, и та вдруг спрашивает:
«Показать тебе шрамы и еще кое- что?»
Фрэнсис недавно перенесла операцию на почке.

Джейн не слишком хотела, но мать стянула сатиновую пижаму и обнажила живот. Девочка вскрикнула: талию матери опоясывали страшные багровые рубцы. Грудь тоже была чудовищно изуродована. Как позднее Джейн узнала: это был результат неумелого введения имплантантов — мать решилась на операцию, чтобы удержать отца...

Теперь Джейн поняла, почему папа в последнее время приезжает к ним не чаще одного-двух раз в месяц. Дело вовсе не в том, что он занят в Нью-Йорке в спектакле; отец просто не хочет видеть жену такой. Джейн никогда не забудет, как однажды мама вернулась из больницы в сопровождении сестры в униформе.
Это был последний визит Фрэнсис домой.


Скоро выяснилось, что Вадим спустил в казино практически все наследство
Фрэнсис Фонды — 150 тысяч долларов, которые Джейн безропотно предоставила мужу



После скоропалительного бракосочетания в Лас-Вегасе Джейн и Роже Вадим подтверждают брачный договор в парижской мэрии

Джейн играла с Питером в солдатиков, когда бабушка позвала детей поздороваться с матерью. Питер вскочил и побежал вниз, а Джейн словно окаменела. Ей не хотелось встречаться ней... Почему? Долгие годы она мучилась этим вопросом. Наверное, это была детская обида на мать, которая бросила их на попечение бабушки. Видимо, Джейн решила доказать, что и она не очень-то в ней нуждается. Больше ей уже не довелось увидеть маму — вскоре Фрэнсис умерла в больнице.

Месяца через два смущенные одноклассники показали тринадцатилетней Джейн журнал со статьей о ее отце, актере Генри Фонде. Она равнодушно стала читать, пока не дошла до фразы:
«Жена Фонды, Фрэнсис, перерезала себе горло бритвой в доме для умалишенных».
Джейн обмерла... Девочке сделалось так плохо, что школьный врач позволил ей уйти с уроков. Дома Джейн бросилась к бабушке:
«Зачем вы меня обманули?»
Но мучила девочку не страшная смерть матери, а связанный с нею позор. Ей казалось, что стыдно быть дочерью сумасшедшей самоубийцы, к тому же такой уродины. А поскольку все это в представлении Джейн бросало тень и на нее, то отныне она стала считать себя тоже неполноценной.

Еще одно ужасное воспоминание: на Рождество отец приехал с подарками и был несколько обескуражен, обнаружив под елкой чулок, приготовленный Питером — тот сложил в него свои подарки для мамы и письмо о том, как он ее любит и скучает по ней. Послание сына Генри прочел вслух. Джейн вдруг выскочила из комнаты, заливаясь слезами: «Я ее ненавижу, ненавижу!»


Первую брачную ночь Фонда провела в объятиях Пропи, матери Вадима.
Та утешала невестку, смущенно бормоча, что сын всегда был непутевым



Беременность Джейн восприняла как добрый знак: только после этого ей удалось уговорить Роже Вадима официально оформить брак

Кажется, ни у одной девушки на свете не было такого огромного букета комплексов, как у мисс Фонды. Она казалась себе тощей уродиной с тяжелыми ногами. Встреч с молодыми людьми избегала, так как считала, что все над ней смеются.

В 1957 году отец снял дом на французской Ривьере и пригласил непутевую дочь провести лето с ним и его очередной женой, итальянкой Афдерой. Джейн в то время была угловатой двадцатилетней девицей с круглыми испуганными глазами, только что бросившей колледж, потому что ей было невыносимо скучно учиться. Узнав об этом, отец скорчил презрительную гримасу: мол, что с нее взять, даже примитивного образования не в состоянии получить! «Ты дочь своей матери!» — бросил он Джейн. Как же ей было больно слышать это! Лучше бы отец ее избил!

Будущее представлялось Джейн столь же туманным, как морская даль в пасмурный день. Зато жлина.

К дочери Генри Фонды все обращались с неизменным вопросом: «Вы, конечно, тоже актриса?» Однажды на пляже этим же вопросом ее огорошила Грета Гарбо. Джейн взглянула на свою богиню исподлобья и угрюмо покачала головой: «У меня нет таланта». Деловито стягивая одежду, Гарбо неожиданно сказала: «Поспорим, что у тебя есть талант! К тому же ты хорошенькая. С такой внешностью — только в актрисы».

И, энергично войдя в воду, уплыла вдаль, оставив на берегу потрясенную Джейн: сама Гарбо считает ее хорошенькой! Да нет, наверное, сказала просто из вежливости. Кстати, рассмотрев Гарбо на пляже, Джейн обнаружила, что тело «богини» отнюдь не совершенно.

В конце концов юная Фонда решила записаться на актерские курсы Ли Страсберга. Потом тот вспоминал, что на первом прослушивании Джейн не обнаружила даже зачатков актерских способностей. Почему же он все-таки ее принял? Что-то было в глазах...

Вместе с Фондой занятия посещала Мэрилин Монро. Та не могла выполнить ни одного этюда, садилась и начинала плакать. Джейн же, стиснув зубы, старалась. У нее не было другого выхода: она должна была доказать, что совсем не похожа на свою мать.

После первого же фильма с Энтони Перкинсом «Невероятная история» на Джейн посыпались предложения. Первое время она ждала, что отец поможет ей советом, но Генри лишь в недоумении пожимал плечами: то, что из дочери вышла актриса, как-то не укладывалось в его картину миросознания. В 1963 году Джейн пригласили сниматься во Францию сразу два режиссера — Роже Вадим и Рене Клеман.


О каких свиданиях говорит этот сумасшедший? Джейн прожила с Томом Хейденом
шестнадцать лет. Видит Бог, как тяжело переживает она их разрыв!



В ранней юности Джейн и не думала становиться актрисой. Будущее представлялось ей столь же туманным, как морская даль

Фонда предпочла второго. С Вадимом она познакомилась пару лет назад в Париже, в ресторане «Максим». Джейн еще тогда отметила: этого высокого темноволосого человека окружает мощная «эротическая аура». Его спутницей в тот вечер была красивая, на последнем месяце беременности женщина — Аннетт Стройберг. Из разговора за столом Джейн узнала, что режиссер культовой картины «И Бог создал женщину» уже расстался с предыдущей пассией — Брижитг Бардо, но еще не женился на Аннетт. Фонда, воспитанная в пуританском духе, не могла привыкнуть к тому, что во Франции сначала заводят детей, а потом играют свадьбу.

Спустя несколько месяцев на одной из вечеринок Джейн снова столкнулась с Вадимом, и между ними вспыхнул бурный роман. Джейн было двадцать шесть, Вадиму на десять лет больше. Вскоре Фонда и Вадим уже жили вместе на улице Сегье, и Джейн стала сниматься в его «Хороводе». Неожиданно для себя она обнаружила, что превратилась в замужнюю даму, которая вынуждена готовить и вести дом. Поначалу случались казусы.

Как-то к ним в гости заглянула бывшая жена Вадима — Бардо. Джейн ужасно волновалась: с ней за столом будет сидеть знаменитая актриса, женщина, которую Вадим боготворил... Она так перенервничала, что не могла есть и сидела, не притрагиваясь к пище. Вдруг Брижитт выскочила из-за стола с криком: «Где у вас туалет?» Вадим набросился на Джейн: «Что это за мясо? Где ты его взяла?» Оказалось, вместо говядины хозяйка подала жесткую лежалую конину... -

Джейн все никак не могла поверить, что такой знаменитый режиссер, красавец и сердцеед мог действительно в нее влюбиться. Поначалу жизнь казалась чудесной: ей нравилось работать с Вадимом, она сыграла в нескольких его фильмах. Вскоре к ним переселилась трехлетняя дочка Вадима и Аннетт Стройберг — Натали. Она останется с Джейн на долгие годы, практически на всю ее жизнь...

В 60-е круг французских интеллектуалов, в котором вращались Фонда и Вадим, был особенно чувствителен к любым проявлениям буржуазной пошлости. Ни при каких обстоятельствах не следовало показывать мужчине, что ты сердишься, обижена, ревнуешь... Джейн твердо помнила, что отец разлюбил мать после того, как та сделалась раздражительной, придирчивой, перестала во время редких визитов отца подавать ему виски, потакать его капризам и позволяла себе ревновать.


«Поговорим об условиях, — произнес Тернер. — Я ради тебя принимал молодильные
таблетки, а ты, выйдя за меня замуж, должна бросить кино»



Брат Джейн — Питер Фонда со своей невестой Сьюзан

Однажды Джейн позвонила незнакомая женщина и развязно промурлыкала в трубку: «Забери своего пьянчугу из казино — он тебя оставит без нижнего белья, если уже не оставил». Какое казино? При чем здесь Вадим? Джейн металась по квартире, не зная, кому звонить, куда ехать. Кто-то из знакомых подсказал адрес казино, где частенько бывает Роже.

Она вошла в игорный зал робкая, испуганная. Вадим сидел у стола, закрыв руками лицо. Спутанные волосы, мятый костюм. Он все проиграл... Бросив на Джейн затравленный взгляд, Вадим рявкнул: «А ну домой! Ты что, шпионишь за мной?» Довольно скоро выяснилось, что он спустил в казино пракгически все наследство Фрэнсис —150 тысяч долларов, которые Джейн безропотно отдала Вадиму. Он ведь говорил, что деньги необходимы ему для воплощения новых идей...

Беременность Джейн восприняла как добрый знак. Теперь она сумеет убедить Роже, что им пора пожениться. Однако тайная свадьба в Лас-Вегасе стала еще одним чудовищным разочарованием, которое Джейн снова безропотно проглотила, ничем не показав мужу, как глубоко обижена. Для начала выяснилось, что Вадим забыл про кольца. Но разве она плохо знает своего мужчину? Для такого человека, как он, обручальные кольца — полная чепуха. Пришлось одолжить кольца у брата Джейн, Питера, и его тогдашней жены Сьюзан. Когда их объявили супругахми, Джейн вдруг расплакалась. Вадим, увидев ее слезы, поначалу решил, что она плачет от горя, осознав, с кем связалась, но разобравшись, что все наоборот, при всех покрутил пальцем у виска. После церемонии молодых вместе с гостями пригласили на свадебное представление. Для новобрачной это стало новым тяжелым испытанием.

На сцене разыгрывали «стриптизный» вариант Французской революции: грудастая блондинка медленно раздевалась под «Болеро» Равеля и подставляла свою начесанную голову под «гильотину». «Что-то я не пойму, что в этом номере свадебного?» — фыркнула Джейн. Поздним вечером все собрались в ресторан, но Вадим исчез. Сбились с ног, искали, звали — пропал. Первую брачную ночь Фонда провела в объятиях Пропи, матери Вадима. Та утешала новую невестку, смущенно бормоча, что сын всегда был непутевым.


Джейн потребовала от режиссера, чтобы для постельных сцен пригласили
дублершу, но увидев пробы, актриса пришла в ужас и заявила, что сыграет сама



С дочерью от Роже Вадима — Ванессой. 1969 г

Во всех интервью того времени Джейн повторяла, что счастлива в браке, что Вадим — идеальный отец. Последнее, кстати, было правдой: дочке Ванессе, родившейся вскоре после свадьбы, как и другим своим детям — Натали и Кристиану, Вадим уделял действительно много времени.

Однажды Роже привел домой какую- то рыжеволосую девицу и заявил, что сегодня они будут спать втроем. Глаза у него были мутные, он едва держался на ногах. Джейн так растерялась, что не знала,что и сказать, лишь молча теребила в руках кухонное полотенце. В ее голове лихорадочно кружились мысли: устроив скандал, Вадим все равно сделает по-своему, а потом бросит ее. У нее ребенок. Что с ней будет ? В конце концов, раз ему это так необходимо, может, следует согласиться? Он ведь тысячу раз говорил, как важна для него свобода. Разве ей трудно ему подыграть? «Конечно, проходите, раздевайтесь», — светским тоном вымолвила Джейн, не узнавая собственного голоса. Рыжеволосая смущенно хмыкнула.

Теперь Фонде неловко об этом вспоминать. Наутро, пока муж спал, Джейн усадила девицу пить кофе и стала участливо расспрашивать, откуда она, есть ли у нее родители, профессия. Рыжеволосая оказалась из знаменитого в Париже заведения мадам Клод. Ее отец вообще- то адвокат в провинции, конечно он не знает, чем занимается дочь. С того дня Вадим стал приводить женщин все чаще. Промучившись еще несколько лет, Джейн нашла в себе силы уйти от мужа.


После фильма «Возвращение домой» Том начал грубить, придираться, а однажды в присутствии гостей заявил: «Мне уже во сне снится твоя доброта»


Джейн с Роже Вадимом, их дочерью Ванессой и дочерью Вадима от предыдущего брака — Натали

...Доктор Котланд предположила, что похожая история случилась с Джейн и во втором браке. Фонда кивнула: с Томом Хейденом она совершала абсолютно те же ошибки. «Вам надо научиться жить для себя, прислушиваться к собственным желаниям. Только тогда вы почувствуете себя счастливой», — объясняла доктор. Фонда рассказала про Теда.

«Если мужчина, которому за пятьдесят, ведет себя как подросток, у него наверняка эмоциональные проблемы», — заключила мадам Котланд. И разве Джейн не выяснила через общих знакомых, что Тернер (будем называть вещи своими именами) — бабник и ни дня не может без женщины? При живой супруге он имел любовниц во всех американских штатах и чугь ли не во всех европейских городах! О чем это говорит? Судя по всему, он боится одиночества, как огня. Если Джейн сблизится с ним, скорее всего ей придется потакать его инфантильным капризам. Допустим, они иные, нежели у ее прежних мужей, но тем не менее капризы...

...Между тем упорный Тернер, как и обещал, позвонил ровно через месяц. Невозмутимым тоном Джейн сообщила, что влюблена в другого и просит Теда оставить ее в покое. «Ну хоть скажите, кто этот счастливец? Я сделаю все, чтобы стать похожим на него!» — взмолился Тед. Фонда ответила, что он итальянец, на семнадцать лет моложе ее. В ответ Тед заявил, что немедленно начнет принимать «молодильные» таблетки и позвонит ей через три месяца.

Джейн не лгала, она действительно закрутила роман с молодым итальянским актером Сталлионом, жившим в Лос-Анджелесе и с нимавшимся в каких- то проходных картинах. Отныне Джейн решила ни в коем случае не позволять собой манипулировать. И что из этого вышло? Сама не заметив, она превратила парня в раба. Он безропотно выполнял любые ее пожелания. Джейн хочет поехать в Ниццу? Едем. В Индию? Нет проблем. Она любит пирожные с кремом? Каждый вечер он присылал ей сладости из самого дорогого ресторана.

Дочь Джейн, Ванесса, только фыркала, наблюдая за романом матери. «О чем ты с ним разговариваешь? — дивилась Ванесса. — Боже мой, он же двух слов связать не может! Неужели тебе так нужны его дурацкие подарки?»


«Мисс Фонда, вам надо научиться жить для себя, прислушиваться к собственным
желаниям. Только тогда вы почувствуете себя счастливой»



Co вторым мужем Томом Хейденом в их доме в Санта-Барбаре

Честно говоря, поначалу Джейн нуждалась в цветистых комплиментах Сталлиона. Еще ни один мужчина не говорил ей, какое она совершенство, какие у нее точеные ноги, какая грудь! Джейн в душе смеялась: несколько лет назад, когда поняла, что чувства Тома охладели, она пошла по стопам матери и увеличила грудь. Правда, чтобы не повторить ошибку несчастной Фрэнсис, позаботилась о дорогом хирурге с отменной репутацией. И пары месяцев не прошло, как Джейн стало невыносимо скучно с итальянцем.

А Сталлион, похоже, не на шутку влюбился. Когда он сделал ей предложение, Джейн вдруг залилась смехом. Конечно, в данной ситуации, когда человек пришел с огромным букетом роз и очередным дорогим ювелирным подарком, это было совершенно неприлично, даже жестоко. Но Джейн хохотала так, что из глаз потекли слезы. «Может, притвориться, что я плачу от счастья?» — мелькнула дурацкая мысль. Это стало концом их отношений, и обрушившееся на Джейн чувство пустоты и разочарования почему-то было гораздо большим, чем после разрыва с Вадимом или Томом, хотя доктор Котланд, которая знала о романе своей подопечной, предсказывала, что такие отношения должны сделать Джейн гораздо счастливее.


Могла ли Джейн когда-нибудь представить, что в пятьдесят три года будет
заниматься любовью в самолете? Однако именно так и случилось



Семейное счастье с Томом Хейденом. Дети прячутся под одеялом

...Снова в трубке клокотал полный энтузиазма голос Тернера: «Джейн, я слышал, с итальянцем покончено. Встретимся прямо сейчас!» Кто ему успел сообщить? Конечно, Ванесса... Джейн не сомневалась в этом ни секунды. Она вдруг ощутила внезапный прилив радости: оказывается, она соскучилась по Теду, хотя и не отдавала себе в этом отчета.

Могла ли Джейн когда-нибудь представить, что в пятьдесят три года будет заниматься любовью в самолете? Однако именно так и случилось. Самолет приземлился, Джейн была уверена, что Тед привез ее на свое ранчо в Монтану. Но оказалось, это Атланта! «Что мы здесь забыли, Тед?» — оторопела Джейн. Тернер наслаждался ее недоумением. Он невозмутимо усадил ее в скромный «Форд Торас» и, насвистывая себе под нос какую- то веселую мелодию, куда-то повез.

Они остановились перед стеклянным небоскребом-гигантом: центр CNN, детище Тернера, его гордость! Национальные флаги в просторных холлах и повсюду — портреты босса.

К ним подошла высокая женщина в строгом деловом костюме. «Знакомьтесь, — спокойно сказал Тернер. — Это мой исполнительный директор Ди Вудс, а это моя невеста Джейн Фонда». Они поднялись на последний этаж, Тед взял ее за руку и повел по узкой винтовой лестнице наверх. Эта лестница была словно из другого мира — так странно она смотрелась в ультрасовременном здании. Они вошли в миниатюрный пентхаус. «Располагайся, это мой дом». Вскоре Фонда узнала: когда Тед ушел от второй жены, он поселился здесь, прямо в здании CNN. В углу стояла узенькая «девичья» кровать, большую часть комнаты занимал огромный письменный стол с компьютерами и телефонами.


Фонда застыла с трубкой в руках: в чем, собственно, дело? Оказалось, ее муж
в обеденное время уже в который раз вызывает к себе в офис молодую блондинку



С отцом Генри Фондой. 1979 г

«А теперь поговорим об условиях, — с неотразимой улыбкой произнес Тернер, усаживая Джейн в единственное кресло перед панорамным окном, откуда открывался вид на Атланту. — Я ради тебя принимал молодильные таблетки, а ты, когда выйдешь за меня замуж, должна бросить кино». Фонда оторопело слушала, в замешательстве то снимая, то надевая золотой браслет. Тед сказал, что посмотрел все фильмы с ее участием. Он восхищен, но... просто не переживет, если она будет сниматься в любовных сценах. «Не понимаю, как твой муж вынес это зрелище, например, в «Возвращении домой»? Плакал, наверное, по ночам! Неудивительно, что вы в конце концов расстались».

...Фонда уже несколько лет была замужем за демократом и общественным деятелем Томом Хейденом, когда начались съемки «Возвращения домой», где она играла девушку, влюбленную в парализованного человека. Поначалу Джейн потребовала от режиссера, чтобы для постельных сцен пригласили дублершу. Но когда увидела, что получилось, пришла в ужас и заявила, что сыграег сама. Прощай, целомудрие! Не может же в самом деле паралитик заниматься любовью так, словно он мачо и спортсмен! Фонда побоялась признаться мужу, что решила играть сама. Ведь с молчаливым, замкнутым Томом она вела себя, по сути, так же, как с Вадимом: ни в чем не противоречила, стараясь всячески угодить. Впрочем, поглощенный работой Том не проявлял особенного интереса к работе жены. Напротив, когда Джейн уезжала на съемки, с удовольствием возился с сынишкой Троем: как и Вадим, Том оказался превосходным отцом


Возможно, единственное, что теперь Джейн остается, — поступить
как мать, то есть покончить с собой. В ней победила Фрэнсис



Молодожены Джейн Фонда и Тед Тернер. Слева сын Джейн.

Те памятные съемки с партнером Джоном Войтом продолжались целый день. Площадку огородили и не пускали никого, кроме двух актеров, оператора и режиссера. Но случилось нечто непредвиденное: актеры настолько вошли в роль, что это произошло на самом деле. «Браво! Снято!» — в восторге закричал режиссер. Фонда шарахнулась от Войта, пытаясь понять, догадался ли кто-нибудь, кроме них двоих, что случилось. Это была ее единственная, между прочим, измена Тому. Однако Тед прав — впервые фильм Джейн произвел на ее мужа неприятное и тягостное впечатление. Полученный Джейн «Оскар» нисколько его не утешил. «Надеюсь, тебе было хорошо с этим парнем?» — буркнул Том после просмотра. Кстати, именно после этого фильма их отношения стали неуловимо портиться. Том начал грубить, придираться по пустякам, а однажды в присутствии гостей заявил: «Мне уже во сне снится твоя доброта». Вскоре по обоюдному согласию они расстались.

...Джейн приняла предложение Теда вместе с условием бросить кино, сказав себе, что это ее последний шанс стать счастливой. Доктор Котланд пыталась ее отговорить, но Джейн потеряла голову, как в молодости. К неудовольствию детей — дочь и сын уже учились в университете, Джейн продала свой дом в Санта-Монике и перебралась на ранчо Тернера под Атлантой. Всю жизнь она была работающей женой, теперь же собиралась выступать исключительно в роли хранительницы домашнего о чага. Фонда и Тернер поженились осенью 1991 года. Тед гордился Джейн, как ребенок гордится любимой игрушкой: брал ее с собой в поездки, познакомил с деловой элитой всего мира, в частности, Тернера и Фонду принимали в Москве супруги Горбачевы.


Впервые фильм Джейн произвел на Тома неприятное и тягостное впечатление.
Полученный женой «Оскар» нисколько его не утешил



В третьем браке, как и в двух предыдущих, первые годы были счастливыми. С мужем Тедом Тернером на яхте. 1987

У Тернера обнаружилось немало странностей. Страдая многолетней бессонницей, он требовал, чтобы и Джейн бодрствовала до рассвета. При этом он безостановочно рассказывал о своем детстве, снова и снова возвращался к отцу, в тысячный раз вспоминая сцену его самоубийства. Поначалу Джейн сочувствовала, хорошо понимая, какая это была для него трагедия. Но однажды, когда она попыталась вставить пару слов о собственном отце, Тед огорошил ее вопросом: «А почему ты с ним не общаешься? Не простила ему смерть матери?» Джейн потеряла дар речи: неужели Тед забыл, что отец умер много лет назад? Она ведь рассказывала, как ежедневно ездила в больницу, где Генри Фонда мучительно умирал от рака, как пыталась примирить его с прошлым. Неужели Тед мог об этом забыть? Однако неисправимая Джейн не подала виду, сколь глубоко ее задело невнимание Теда.

Весной 2000 года, когда Джейн поджидала Теда к обеду, ей позвонила та самая Ди Вудс, его исполнительный директор, и отчеканила: она считает своим долгом кое о чем рассказать Джейн. Фонда застыла с трубкой в руках: в чем, собственно, дело? Оказалось, ее муж в обеденное время уже в который раз вызывает к себе в офис молодую блондинку... Швырнув трубку, Фонда заметалась по дому. Что делать? Звонить Тернеру? Собирать вещи? Кончилось тем, что когда явился Тед, Джейн блестяще разыграла актерский этюд: любящая жена, поджидающая мужа с работы, горячий обед, нежности, расспросы, как прошел день... Она презирала себя, старалась не думать о том, что ею движет. А через несколько дней ей приснилась Фрэнсис, и Джейн вдруг все поняла: она поступила в точности так, как в свое время ее мать.


Ванесса была очень внимательна к матери, однако иногда у нее прорывалось
недоумение: не странно ли в шестьдесят лет страдать от несчастной любви?..



Роже Вадима провожали в последний путь почти все его бывшие жены и любовницы: Брижитт Бардо, Аннетт Стройберг, Катрин Шнайдер, Мари-Кристин Барро

Вспомнила, что однажды в приступе откровенности отец рассказал ей, как Фрэнсис предложила беременной любовнице мужа деньги в обмен на то, что та будет держать связь с Генри в тайне. Воспоминание ужаснуло Джейн. Ее пронзила мысль: единственное, что теперь остается — поступить как мать, то есть покончить с собой. Она побеждена. В ней победила Фрэнсис.

...Доктор Котланд внимательно выслушала Джейн. У пациентки тряслись руки, она была сама не своя. Котланд мягко предложила госпитализацию, Фонда в ужасе замахала руками: именно в одной из таких клиник ее мать прервала неудавшийся спектакль своей жизни.

Она снова переехала в Санта-Монику. На сей раз в дом дочери, которая недавно родила сына. Ванесса была очень внимательна к матери, однако иногда у нее прорывалось недоумение: не странновато ли в шестьдесят лет страдать от несчастной любви...

...Ранней весной 2000 года умер Роже Вадим. Джейн вместе с Ванессой поехала в Сен-Тропе на похороны. Фонда с удивлением обнаружила, что за гробом Вадима следуют все его бывшие жены и любовницы, за исключением Катрин Денев: Брижитт Бардо, Аннетт Стройберг, Катрин Шнайдер, Мари-Кристин Барро... После похорон женщины собрались в квартире Катрин Шнайдер и стали вспоминать свою жизнь с Вадимом. Джейн впервые откровенно рассказала историю их отношений: как терпела и прощала блуд и наркотики, как презирала себя за это... Ее прервала вдова Вадима Мари-Кристин: «Я делала все то же самое, но почему ты говоришь, что презирала себя за это? По-моему, это называется способностью любить...»


Автор статьи: Пэгги Лу
Источник статьи: Журнал "Караван историй" № 11 за 2005 год.


Для перехода к началу статьи, жми: СЮДА